Так вот мы и живем, Джонни

Внешнее
Сегодня я купил газету "Московский Комсомолец". В двух киосках - возле дома и рядом с метро. Девяносто экземпляров, больше не нашлось.

Вот сижу и думаю, что делать со всей этой бумагой. Читать нельзя, хоть буквы и знакомые. Писать тоже не получится - бумага плохая, да и краской вымазана зачем-то. Задницу нормально тоже не вытрешь - свинец, говорят, вреден для здоровья. Остается два варианта: бычки заворачивать или в макулатуру сдать. По сорок пять копеек за килограмм. Или пополам: десяток газет на бычки, а остальное в макулатуру. Придумаю еще.

Одно знаю точно: этот номер не прочитает как минимум девяносто человек. Скорее всего, больше; не знаю, по какой методике журналисты оценивают аудиторию, да и знать не хочу: вполне достаточно того самого минимума.
***
Мне противно бросать овощи с галерки или жаловаться папочке. Вдвойне противно читать об этом, как о геройстве или проявлении гражданской позиции. Брошенный помидор - укус комара. Открытое письмо - комариный писк. От укусов помогают "ДЭТА" и милиция, от писка - волокита и беруши.

Не надо пищать и кусать. Вы живете в свободном рыночно-ориентированном обществе, так и действуйте по его законам. Купите МК. Столько, сколько сможете позволить и унести. И наплевать, что Гусев и компания все равно получат свои деньги. Приобретем Гусеву вскладчину золотой унитаз. Пусть он сидит на нем в своей квартире.

Один.
Тихо-тихо.

Advertisement